Это фотография Леонида Бергольцева "Последний выход".

Никита Сергеевич куда-то убывает, наверное, в свою последнюю поездку на юг. Он, наивный романтик, как невинное дитя, радуется всему: осеннему солнышку, погожему дню - и не замечает, что там у него за спиной.
А сзади в нескольких шагах Суслов(?), уже что-то достающий из внутреннего кармана плаща. (Оружие?) Рядом с ним степенно шествует Брежнев, отвернувшись и всем видом показывая, что он тут ни при чём. На заднем плане сплошной неразличимой массой стоят "и другие официальные лица".
О чём эта воистину гениальная фотография (если такой вопрос вообще можно ставить по отношению к этому жанру)? Ответ будет совершенно однозначным. О "трагедии реформатора", не сумевшего "противостоять системе". О трагической беспечности лидера, не разглядевшего опасности "номенклатурного реванша". Наконец, даже о противостоянии личности толпе. Всё это здесь прочитывается, причём однозначно.
Разумеется, ничего подобного на самом деле не было и быть не могло. Чтобы провести лютого зверя под личиной Никитушки Кукурузника, кидавшего всех только так, понадобился целый развёрнутый заговор. И весь этот "Последний выход" с добрым дедушкой Хрущёвым - просто иллюстрация к диссидентским бредням.
Но ведь это не картина маслом и даже не постановка! Это подлинный хроникальный снимок какой-то поездки лидера. И тем не менее на нём чётко прочитывается всё то, что нужно фотографу, что он считал за правду жизни.
Вот как это ему удавалось?! Ури Геллер, помнится, гнул взглядом вилки; великие фотографы (и Бергольцев среди них), наверное, силой мысли создавал реальность, что ли?
Мистика.

Никита Сергеевич куда-то убывает, наверное, в свою последнюю поездку на юг. Он, наивный романтик, как невинное дитя, радуется всему: осеннему солнышку, погожему дню - и не замечает, что там у него за спиной.
А сзади в нескольких шагах Суслов(?), уже что-то достающий из внутреннего кармана плаща. (Оружие?) Рядом с ним степенно шествует Брежнев, отвернувшись и всем видом показывая, что он тут ни при чём. На заднем плане сплошной неразличимой массой стоят "и другие официальные лица".
О чём эта воистину гениальная фотография (если такой вопрос вообще можно ставить по отношению к этому жанру)? Ответ будет совершенно однозначным. О "трагедии реформатора", не сумевшего "противостоять системе". О трагической беспечности лидера, не разглядевшего опасности "номенклатурного реванша". Наконец, даже о противостоянии личности толпе. Всё это здесь прочитывается, причём однозначно.
Разумеется, ничего подобного на самом деле не было и быть не могло. Чтобы провести лютого зверя под личиной Никитушки Кукурузника, кидавшего всех только так, понадобился целый развёрнутый заговор. И весь этот "Последний выход" с добрым дедушкой Хрущёвым - просто иллюстрация к диссидентским бредням.
Но ведь это не картина маслом и даже не постановка! Это подлинный хроникальный снимок какой-то поездки лидера. И тем не менее на нём чётко прочитывается всё то, что нужно фотографу, что он считал за правду жизни.
Вот как это ему удавалось?! Ури Геллер, помнится, гнул взглядом вилки; великие фотографы (и Бергольцев среди них), наверное, силой мысли создавал реальность, что ли?
Мистика.
Оставить комментарий





